Кладу Вам сюда два рассказа9 -- не потому, что считаю лучшими, а просто потому, что других под рукой нет -- надо выписывать из Парижа.
Шлю Вам сердечный привет.
Галина Кузнецова
За "Золотой Рог" некоторые меня бранили (идеологически)10, но я написала только то, что видела и что было очень типично для Конст<антинопо>ля того времени.
Мне пишите лучше рукой.
-- -- --
Публикуется по автографу (РАЛ. MS. 1068/3372). Год установлен по содержанию.
1 Имеется в виду печатный отзыв Бунина: "Недавно я, совсем неожиданно, испытал большую радость: прочел книжку нового молодого русского писателя, Леонида Зурова, изданную в Риге и состоящую из повести "Кадет" и нескольких небольших рассказов: подлинный, настоящий художественный талант, -- именно художественный, а не литературный только, как это чаще всего бывает, -- много, по-моему, обещающий при всей своей молодости. Поспешил что-нибудь узнать об авторе этой книжки. Узнал, что ему всего двадцать шестой год, что родился и рос он в Псковском краю, шестнадцати лет ушел добровольцем в Северо-Западную Армию, был два раза ранен, потом попал в Ригу, где был рабочим, репетитором, маляром, секретарем журнала "Перезвоны", а теперь живет на свой скудный литературный заработок; что писать он начал всего три года тому назад, работая с большими перерывами, при очень тяжелых материальных обстоятельствах... На днях я с еще большей радостью прочел его новую книжку "Отчина". Он мне пишет (в ответ на мое письмо о первой его книжке), что "Отчину" он писал "по обещанию". И в предисловии к ней говорит: "Это результат моей работы в Псково-Печерском монастыре, в его рукописной библиотеке, весной 1928 года..." Уже одно это прекрасно. Но прекрасна и сама книжка, -- на нее надо обратить особенное внимание. Дай Бог всяческого благополучия молодому дарованию" (Бунин И. Леонид Зуров // Россия и славянство. 1929. 12 января. No 7. С. 3).
2 По-видимому, Кузнецова отвечает на утраченное письмо Зурова, в котором он повторил кое-что из No 2. См. ниже примеч. 8, а также дневниковую запись Кузнецовой за 14 января 1928 г.: "Он пишет сдержанно, начинает словами: "Многоуважаемая Галина Николаевна! Я очень хорошо помню Вас, стихи Галины Кузнецовой и Свободарню -- большую тюрьму с маленькими кельями..."" (Грасский дневник. С. 94--95).
3 См. No 2 и объяснение в No 6.