2) Другой путь: получить контракт на работу во Франции. Либо на какой-нибудь завод, либо на работы горные, дорожные, лесные и т.д. Контракт от 6 до 9 месяцев. И выполнить его нужно будет. Зато получается возможность не затрачивать собственных средств на приезд во Францию (авансируется предпринимателем) и после отбытия контракта полная свобода подыскания труда. Но сейчас как раз время, когда Министерство труда не так скоро визирует контракты и потому этот последний путь может отнять и месяц, и больше времени. Если бы контракт такой был визирован, Зурову нужно было бы из Риги проехать в Ревель, войти в одну из формирующихся там через наше Представительство групп и с этой последней приехать во Францию.
Вот два пути. В зависимости от Вашего решения, которое получу от Вас, и приступлю к осуществлению того, на чем порешите.
Значит, жду теперь от Вас скорого ответа. А пока будьте здоровы. Сердечный привет и лучшие пожелания.
Крепко жму Вашу руку.
В. Зеелер" (РАЛ. MS.1066/6040).
Обстоятельства, касающиеся "второго пути", отчеркнуты И. А. Буниным на полях, и его рукой сделана приписка: "Это, по-моему, никуда не годится". Разумеется, тяжелый физический труд не оставлял бы Зурову возможностей заниматься литературой.
2 Бунины и Кузнецова уехали из Грасса вместе с Зуровым 31 января 1930 г. (дневниковая запись Буниной за 1 февраля 1930 г. -- РАЛ. MS. 1067/398; Устами Буниных. Т. 2. С. 216).
3 Как и предыдущее письмо К. И. Зайцева (см. примеч. 6 к No 27), это письмо не сохранилось.
4 Бунина прокомментировала в дневниковой записи за 8 декабря 1929 г. результат обращения Бунина с одной и той же просьбой к двум лицам: "Глупо было обращаться в два места к Зеелеру и Зайцеву, Зурову Зеелер выхлопотал визу вечную, а Зайцев временную, которая и покрыла первую" (РАЛ. MS. 1067/395). В письме от 5 декабря 1929 г., т.е. написанном уже после приезда Зурова во Францию, Зеелер объясняет это недоразумение: "Вы ли, сам ли Зуров, но пошли в этом деле почему-то двумя путями: обратились ко мне и одновременно к К. И. Зайцеву. Я не знал об этом, не знал, вероятно, и Зайцев, что я занят тем же вопросом переезда Зурова во Францию. Отсюда и получилась "перепутаница", от которой и придется немало хлопот иметь Зурову" (РАЛ. MS. 1066/6041). Далее из письма следует, что оба просителя, хотя и в разное время, обратились к представителю русских эмигрантов во Франции, бывшему российскому послу Василию Алексеевичу Маклакову (1869-- 1957), который, в соответствии с просьбой обратившегося к нему позднее Зайцева, написал ходатайство в Министерство иностранных дел о визе на два месяца. Для Зурова это означало, как писал Зеелер, что ему придется подавать прошение о продлении времени пребывания во Франции еще на 6 месяцев. В свою очередь Зеелер обещал проследить, чтобы оно было удовлетворено, предлагал Бунину написать "сертификат о том, что Зуров хорошей "моралите и лойалите"" (франц.)> и сообщал, что для облегчения выдачи вида на жительство он посылает удостоверение Союза <письмо написано на бланке Союза русских литераторов и журналистов в Париже> и просит Зурова, "чтобы меня покрыть", прислать прошение о принятии его в Союз. Одновременно Зеелер предлагает прислать и просьбу Зурова о выдаче ему ссуды "в возможном размере. Денег нет в кассе, но что-нибудь постараюсь сделать, наскребем где-нибудь -- немного, но все же кое-что..." (РАЛ. MS. 1066/6041).