Вилла Бельведер

Грасс.

Многоуважаемый Леонид Федорович!

Сегодня получили Ваше письмо, и я решила написать Вам, тем более что и раньше собиралась сделать это. Я живу у Буниных1. Вы, быть может, встречали мое имя в "Последних новостях", где я печатаюсь около двух лет, или в "Современных записках"2. Но, кроме того, мы с Вами встречались и раньше, в Праге, в Свободарне. Взглянув на Вашу фотографию, я тотчас узнала Вас, да вспомнила и фамилию, которая и раньше казалась мне знакомой. Вы, вероятно, вспомнили бы меня, если бы увидели, мы даже, кажется, были с Вами знакомы, во всяком случае, раскланивались3. Там меня знали как Галину Николаевну Петрову, теперь же я печатаюсь под своей девичьей фамилией4.

Но все это не важно. Главное то, что я хотела сказать Вам по поводу Вашей книги.

Я начала ее с первой вещи5, и она меня сразу захватила. Все хорошо, все правильно и все по-своему. Очень хороша сцена над рекой, на скамейке, и этот падающий снег, который исчезает, коснувшись воды, и барки, и стрельба, и Ярославль -- от всего этого веет настоящей (а не поддельной, сусальной) старой Русью, немного грустной. И любовь хороша тем, что по-своему. Куний Мех--Аня совсем живая, и хорошо, что она, проводив Митю, встает и идет по лестнице, шагая, по-детски, через ступеньку6. Это все доказывает, что Вы представляете себе все то, что пишете. Есть еще рассказ, кажется, "Город" -- у меня нет под рукой книжки -- он по-настоящему трогателен, особенно то, как юнкера и Львенок выходят из ресторана и потом стоят у забора катка7. Иван Алексеевич говорил мне, что этот рассказ его очень тронул, а он строг и редко хвалит. Хвалил он еще и рассказ о Пушкине, говорил, что заметил его еще в "Перезвонах"8. Он и правда хорош и главным образом каким-то простым, правдивым духом старого времени, почувствованного, однако, Вами, как настоящее. Вообще, это замечательно, что Вас интересуют такие вещи, т.е. история, хотя и я не знаю, всегда ли и все ли правильно исторически. О недостатках, конечно, тоже можно бы сказать кое-что. Но, во-первых, о них пока просто не хочется думать, т<ак> к<ак> книга в общем радует талантливостью, да и пишете Вы недавно -- я тоже, между прочим, пишу столько же, сколько и Вы -- а, во-вторых, не знаю, как Вы относитесь к критике. Я знаю очень многих писателей, которые не терпят слова возраженья. Сама к ним не принадлежу.

В общем же я очень рада за Вас. Мало людей, которые пишут из "настоящих" побуждений, а Вы, по-моему, к ним принадлежите. Напишите, как Вы живете, есть ли у Вас какой-нибудь литературный круг, как Вы работаете -- вообще в какой "атмосфере" живете.

От души желаю Вам всего лучшего.

Галина Кузнецова

-- -- --