Наконец Турбин был готов. Он повеселел, хотя и чувствовал себя напряженным и точно связанным. Он садился то на один, то на другой стул,
— Вы к нему по делу? — вдруг спросил Таубкин, как будто вскользь.
— Да, то есть так… по делу отчасти.
— Так вам, пожалуй, пора.
Турбин уже давно думал про это. «Пожалуй, что и правда пора, — соображал он, — что же, к шапочному разбору-то прийти? Только хозяев в неловкое положение поставишь…»
— А который час?
— Четверть восьмого.
— Вали, брат, вали, — сказал Кондрат Семеныч.
— Пожалуй, — согласился Турбин, медленно подымаясь.
Напевая, Кондрат Семеныч накинул на себя шубу, осмотрел пальто Турбина.