Сегодня мы венчались. Полутемный пустой храм, редкие, тонкие восковые свечи, красные на цепочках лампады [...] весь чин венчания, красота слов, наконец, пение шаферов (певчих не было) вместе со священником и псаломщиком [...] я чувствовала, что совершается _т_а_и_н_с_т_в_о. [...] Было лишь грустно, что все близкие далеко.
По окончании венчания все были взволнованы и растроганы. Милый "папочка" так был рад, что я его еще больше полюбила. Лихошерстов был трогателен, а Ян казался настоящим женихом.
Вся служба напоминала нечто древнее, точно все происходило в катакомбах. Мне было приятно, что никого не было из "провожатых". [...]
Из церкви поехали домой [...] Меню: семга, селедка, ревельские кильки, домашняя водка, жареные почки и курица с картофелем, 2 бутыли вина, мандарины, чай с грушевым вареньем, которое превратилось почти в карамель. Ал. Ив. ласково упрекал Яна, что он мало приготовил водки. [...]
4 декабря.
[...] сегодня вечер Бальмонта и я должна ехать за ним, т. к. он требует, чтобы его "привезли", а послать за ним некого.
Обедали мы у Карташевых. Кроме нас был Куприн. [...] Говорили о Белом, об его воспоминаниях о Блоке. [...] К сожалению, мне пришлось рано уехать за Бальмонтом. [...] Бальмонт жаловался на безденежье. [...] Народу было мало. Как раз в этот день театр приветствовал Художественников и, конечно, весь русский Париж был там.
Бальмонт читал, как обычно, т. е. через пять минут уже невозможно было следить за смыслом. [...]
6 декабря.
[...] Ян поехал к Аргутинскому справиться насчет визы Шмелевым [...] Потом вернулся Ян. Читал вслух письмо от Шмелева, которое трудно читать без слез.