Кавказ, молодость, молодые утренние снега. Весь мир, вся жизнь -- счастье".
Знаю только, что они проехали по Военно-Грузинской дороге, а возвращались морем из Батума.
Вернувшись в деревню, он осел у Пушешниковых. Вскоре после его возвращения пришло письмо из "Знания": писатели затеяли сборник памяти Чехова. Ой принялся писать воспоминания о Антоне Павловиче, но не дописал, поехал в Москву, где и окончил. Читал их осенью в "Обществе Любителей Российской Словесности".
Перед смертью ему попалась эта книга "Сборник памяти Чехова". Он прочел первую свою редакцию воспоминаний и написал на книге:
"Написано сгоряча, плохо и кое-где совсем неверно, благодаря Марье Павловне, давшей мне, по мещанской стыдливости, это неверное. И. В.".
Перечитал и весь сборник. На первом месте стоят стихи Скитальца. Иван Алексеевич руками развел, перечитав их: "Как же Горький мог напечатать подобные вирши? ... -- восклицал он, -- ума не приложу!..."
Вот некоторый строфы:
ПАМЯТИ ЧЕХОВА
Неумолимый рок унес его в могилу.
Болезнь тяжелая туда его свела.