Учитель во время диктанта ходит по классу и там и сям заглянет в тетрадки у более слабых учениц, как то или другое слово написано, особенно несколько затруднительное для правописания.
После того тетрадей с диктантом учитель уже не берет к себе для поправления. Это лишняя трата времени, потому что ученицы, получив свое писанье назад, не станут интересоваться, как исправлена там ошибка. Если у кого из девочек во время диктанта и останется не исправленная в тетради ошибка, это не беда. Со временем все сгладится и приведется к желанному результату при помощи постоянного упражнения в диктанте. Такие тетради назначаются не на показ ревизору, который казнит и учителя, и учащихся за всякий малейший промах. Это черновая работа, это одна из ступенек, ведущих к будущему успеху.
Что диктуется в классах из стихотворений на русском, а на иностранных языках и из прозаических статей, и при этом подробно разбирается, то и дается потом выучивать наизусть и легко усвояется в памяти, как уже коротко знакомое.
Заучивая такую статью на память, воспитанницы должны обращать внимание на все грамматические подробности, объясненные в ней учителем. На следующий раз, заставляя учениц сказать ее наизусть, учитель от одной из них требует указать, где какой стоит знак препинания, от другой -- как пишется то или другое слово, более затруднительное в правописании, напр. в уроке из русского языка -- назвать все слова, где стоит буква ѣ, и притом в корнях слов и в окончаниях.
Из русского языка диктант с разбором продолжается до V класса, а из иностранных до II включительно.
По-русски в трех низших классах диктант практикуется в каждом из недельных уроков, а в V только один раз в неделю. По иностранным языкам диктант принимается в каждом из недельных уроков во всех классах до III, а во II только один раз в неделю.
Без сомнения, очень желательно, чтобы удовлетворительные успехи в правописании дали возможность сократить диктант и освободить от него высшие классы, заменив его сочинениями, в которых учитель, само собою разумеется, строго следит за правописанием воспитанниц.
При этом должно наблюдаться следующее требование. Так как в высших классах, и преимущественно в последнем, темы для сочинений будут задаваться не одним учителем русского языка, но и другими преподавателями, именно законоучителем и преподавателем истории, то и оба последние, не ограничиваясь только содержанием сочинения, обязаны обращать внимание и на его правописание и слог.
Пока это в высшей степени важное дело будет на ответственности только преподавания русского языка, а не всех педагогических средств, какими только может школа располагать, до тех пор не достигнет оно желаемых результатов.
Даже уроки чистописания в младших классах, кроме своей прямой задачи каллиграфической, должны приносить немалую долю пользы в обучении правописанию. Соответственно классам грамматики, пусть упражняются ученицы в чистописании на таких словах, которые затрудняют их в правописании.