-- А ты, Дюлонг, кто поднял тебя, раненого, когда ты лежал, готовясь к смерти, во рву?
-- Ты -- мой спаситель, Жан! Моя жизнь принадлежит тебе! -- отвечает тронутый зуав.
-- А ты, Понтис, -- продолжает Сорви-голова. -- кто принял за тебя удар в грудь? Кто бросился и прикрыл тебя своим телом?
-- Ты, Жан, ты... и я люблю тебя как брата.
Сорви-голова, продолжая это геройское перечисление, протягивает руки к четвертому часовому и кричит:
-- Ты, Бокамп, ты умирал от холеры в сарае Варны. Ни доктора, ни лекарств, ни друзей -- ничего! Кругом стонали умирающие. Кто оттирал тебя, согревал, чистил и убирал за тобой, желая спасти тебя, кто, умирая от жажды, отдал тебе последнюю каплю водки?
-- Я обязан тебе жизнью! -- отвечает часовой, глаза которого наполняются слезами.
Все четверо повторяют:
-- Наша жизнь принадлежит тебе... Чего ты хочешь?
-- Я ничего не хочу... я умоляю... слышите ли, умоляю во имя прошлого... Пустите меня туда, где свистят пули, где гремят митральезы... где порох опьяняет людей... где звучит адская музыка битвы... пустите меня умереть, если жить нельзя! Товарищи, сделайте это!