Он пополз на четвереньках и почти сразу же остановился, услыхав позади чье-то прерывистое хрипение.
-- Вот тебе на! Это еще что такое? -- произнес парижанин вполголоса, оборачиваясь назад.
Он увидел в темноте две неподвижные светлые точки с зеленоватым отблеском.
-- Это уж, конечно, не светлячки, а что-нибудь почище, -- сказал он. -- Это чьи-то глаза. Уж не тигра ли? Конечно, чьи же еще? Эта огромная кошка имеет, в числе многих других, еще и то преимущество, что может видеть даже впотьмах. Хорошенькая парочка глаз, точно две свечки. Будь я уверен, что не промахнусь, непременно пустил бы пулю в зверюгу. Но беда в том, что если я не попаду, то буду растерзан. Так. Отлично. Только этого недоставало: угодить в тигровую ловушку. Сюда малайцы завлекают этих кровожадных зверей, чтобы убивать их без опасности для себя. Хорошо еще, что тут не натыкано заостренных кольев, а то мне был бы конец. Правда, мне и теперь не очень весело, но зато хоть есть надежда, что утро вечера мудренее. Подождем, что будет дальше. Должно быть, и тигру несладко здесь: что-то он на меня не нападает. Приму на всякий случай меры и стану подальше, в другом конце ямы...
Фрике пополз в противоположную сторону и шагов через двенадцать опять остановился не столько от испуга, сколько от удивления: он дотронулся рукой до какого-то косматого тела, судорожно вздрагивавшего.
-- Э, да тут у нас целый зверинец. Кого это еще бог послал? Кто это так дрожит от страха и щелкает зубами?
Второе животное жалобно застонало.
-- Отличное трио. Наверное, и у тигра что-нибудь сломано или вывихнуто, только он молчит. Три инвалида в одной яме! Авось не подеремся. По крайней мере, я не желаю ни на кого нападать.
Второе животное, покрытое косматой шерстью, дрожало всем телом под рукой молодого человека и, ползая по земле, старалось избавиться от этого прикосновения. Должно быть, животному было очень трудно двигаться, потому что оно стонало и пыхтело.