-- Правда, правда! -- вскричал доктор. -- Бежим скорее на рейд!
-- На рейд! На рейд!
Фрике сделал над собою усилие и стряхнул слабость. Он все еще был страшно бледен, но былая энергия снова возвратилась к нему.
Французы пустились бежать к набережной, не заботясь, идет за ними кто-нибудь или нет. Между верфью и кораблями на якоре сновало множество лодок. Тут были американские китобойные суда, шхуны и бриги, клиперы с двойной медной обшивкой, быстрые катера и неуклюжие джонки, и среди этого леса перепутавшихся мачт и рей особенно выдавался красотой один удивительно изящный корабль.
Высокие мачты и удлиненная носовая часть обличали в этом кораблике замечательного ходока. Дым, черными клубами вылетавший из высокой трубы, доказывал, что строители корабля, не желая вверять судно случайностям погоды, снабдили его паровиком.
Корабль стоял, готовый к отплытию.
Пьер де Галь узнал его, хотя корабль был перекрашен в другой цвет. С языка старого моряка сорвалось самое злобное ругательство.
-- Это "Конкордия"!
На борт корабля поднялось несколько человек. Среди них отчаянно билась какая-то светлая фигура.
-- Мэдж! -- закричал Андре, не помня себя от горя. -- Дочь моя!.. Ах, мы опоздали!..