Австралийцы освоились с белыми как нельзя лучше. На это было две причины: во-первых, Фрике спас от смерти Жана Кербегеля, а во-вторых, дикари по-прежнему принимали доктора Ламперрьера за воскресшего Нирро-Ба. Белые и негритосы жили душа в душу и могли, в случае надобности, рассчитывать на самую деятельную помощь друг друга.
Было решено продолжить поиски со стороны озера как только рассветет. Фрике предложил спуститься по канату и заглянуть в дыру в главной базальтовой скале.
Ночь прошла благополучно. Взошло солнце и разогнало толпы летучих мышей и ночных бабочек.
Мы сказали, что ночь прошла благополучно, но это не совсем верно. Случилось одно, по-видимому, совершенно несущественное происшествие, которое, однако, не укрылось ни от Андре, ни от Фрике.
Как араб спокойно засыпает под оглушительный лай своих собак и моментально просыпается, лишь только они перестанут лаять, точно так просыпается и моряк, если винт парохода вдруг прекратит работать. Французы крепко спали под неумолчный шум ручья, вытекавшего из пещеры в озеро. Но вдруг ропот струи прекратился, и неожиданно наступившая тишина сейчас же разбудила их.
-- Господин Андре, -- сказал Фрике, -- что это за чертовщина? Почему ручей перестал течь?
-- Я только что хотел сказать то же самое.
-- Нет ли в этом какого-нибудь фокуса?
-- Странно, странно. Я ничего не понимаю.
-- Подождем. Завтра узнаем.