-- Какой ты славный, мой маленький черный братец... Как ты трогательно ухаживаешь за мной!.. Ты, кажется, только и делаешь, что раз за разом спасаешь мне жизнь! А где же месье Андре?
-- Я здесь, друг мой... здесь!
-- Как я рад, что снова вижу вас всех! Я думал, что уже все для меня кончено.
-- Да полно тебе, молчи! -- ласково пожурил его доктор. -- Подождем еще окончательных результатов этого своеобразного лечения.
-- Вам хорошо говорить "подождем", а каково мне? У меня сильно болит нога... Я мучаюсь, как грешник в аду! Я так бы и вырвался из этой ямы!
-- Нет! Нет! -- заволновался вдруг Мажесте, заставляя Фрике силой лежать спокойно. -- Не шевелись!
И он продержал ногу своего бедного друга зарытой в продолжение целых четырех часов. Но боль в ноге была до того сильна, что бедняжку приходилось удерживать силой.
Наконец Мажесте счел возможным вырыть из земли ногу своего друга и сделал это со всевозможными предосторожностями. По мере того как удаляли землю, боль ослабевала. Когда нога была совершенно вырыта, то все увидели, что она приняла свой естественный цвет и вид; только в том месте, где воспламенился порох, оставалось большое темное пятно, но опухоль прошла.
Фрике был спасен; теперь это было ясно для всех.
Неунывающий мальчуган хотел подняться на ноги: он, в сущности, ощущал только сильную ломоту. Но силы ему изменили, и в тот момент, когда он вскочил, чтобы броситься на шею своему маленькому спасителю, нога не выдержала тяжести его тела, и он грузно упал на землю, растянувшись во всю длину.