Не имея никогда в бытность свою в Париже, что называется, своего угла, Фрике был лишен возможности держать какое бы то ни было животное, которому он мог бы расточать свою нежность и ласки. Но зато какое было блаженство, когда случай позволял ему заглянуть в зоологический сад! Он знал здесь всех животных наперечет, знал их клички и уменьшительные имена, беседовал с ними целыми часами.
-- Пойдем отсюда! -- повторил еще раз Фрике, подавляя вздох при виде неподвижного колосса.
-- Бедный Осанор, он мертв! -- сказал негритенок тоном ребенка, который повторяет чужие слова.
-- Однако послушай, что же мы будем делать? -- спросил Фрике, собравшись с духом. -- Ведь не век же нам оставаться здесь! Вероятно, мы недалеко от побережья океана, а вот перед нами река. Надо полагать, что отсюда до моря не более ста километров. Ибрагим говорил, что завтра он посадит своих людей на корабль. Так пойдем вниз по течению реки, и да даст нам Бог удачи и счастья! Но прежде чем тронуться в путь, давай-ка обсудим свое положение: у меня при себе только нож. Это оружие может нам пригодиться; к сожалению, мое ружье гуляет где-то по лесу... Но у меня есть револьвер, да еще заряженный -- это превосходно!.. Только, черт побери, я потерял свой патронташ. Значит, ни одного запасного патрона! Ну что же делать? Обойдемся и без них!.. Между прочим, я страшно голоден! Что ты скажешь, Мажесте, не закусить ли нам с тобой? А, как ты думаешь?
-- Да... да-а!.. -- согласился Мажесте. -- Но чем?
-- Превосходно! Ты немного разговариваешь, но и времени даром не теряешь! Это хорошо! Так давай готовить наше "бикондо" сами, раз никто не хочет приготовить его здесь для нас. Но прежде всего я желал бы знать, что мы здесь будем есть? Ведь не из револьвера же мне стрелять по этим птицам, что там копошатся в ветвях! Но что же делать? Как добыть пищу? Чем кормиться, пока дойдем до моря?
Между тем Мажесте не бездействовал во время этого монолога, из которого он не понял ни единого слова. Окинув внимательным взглядом окружающие деревья и растения, он проворно вскарабкался на большое дерево с широкими, глубоко вырезанными листьями, на котором висели твердые плоды величиной с кокосовый орех или яйцо страуса, и сбил несколько таких плодов, которые грузно упали на землю.
-- Да я знаю, что это! -- воскликнул Фрике. -- Это плоды хлебного дерева!
Между тем негритенок, не говоря ни слова, спустился на землю с проворством обезьяны и затем, сложив в груду сбитые им плоды, точно запасные артиллерийские снаряды, стал вновь взбираться на другое дерево.
Фрике не мешал ему.