При виде желтолицего сына Поднебесной империи Фрике покатился со смеха.
-- Да это настоящий маго, идол буддийский. Настоящий божок... и он хочет меня зацепить!.. Да он просто уморит меня со смеху... Тебе, китаеза, я просто дам пощечину: с тебя и этого будет довольно! -- И пара звонких пощечин досталась желтолицему китайцу, причем голова его дернулась сперва налево, потом направо, как у фарфоровой куклы, а подвесная коса свалилась и повисла от пояса до пят.
Изумленный такой смелостью, негр не решался подойти ближе. Наступил второй перерыв.
-- Эй, вы! Дорогу мне! -- закричал мальчуган своим громким, пронзительным голосом и одним прыжком оказался у дверей.
Сила его толчка была так велика, что четверо пеонов свалились с ног как кубики домино -- один через другого. Раздались крики на испанском и португальском, проклятия и вой.
-- Ах вы, подлые негодяи! Трусы! Двести человек против одного!
В этот момент, когда неустрашимый мальчуган готов был выскочить за дверь, петля лассо упала ему на плечи, соскользнула до пояса, прижав руки к ребрам и лишив его всякой возможности защищаться.
Рука, державшая конец лассо, грубо затянула его и дернула с такой силой, что мальчуган повалился в кровянистую грязь, после чего его протащили до блока, служившего для резки быков, и приподняли на метр от земли, наградив пинками, а собаки, наевшиеся сырого мяса и озверевшие от этой кровавой пищи, хватали его за ноги.
Тогда негр, вооружившись большим ножом, приблизился к нему, а китаец притащил разожженную жаровню для того, чтобы поджарить беглецу пятки. Фрике понял, что если он не придумает что-нибудь для своей защиты, то неминуемо погибнет. Но возмущение и негодование еще раз заговорили в нем, и, харкнув прямо в лицо чернокожему, он сделал отчаянную, но бесполезную попытку вырваться. Это привело лишь к тому, что у него из-под кожи брызнула кровь.
-- Разбойники! -- крикнул он еще раз. -- Негодяи, вы хотите подвергнуть меня пытке! Ну, так посмотрите же, как умирает французский матрос!