"Вы совершенно правы! Тем не менее я еще смягчил факты. Вот послушайте, между прочим, факт из газет, который может служить подтверждением моих слов: "Лорд Гранвиль при всем парламенте изложил подробности, строжайше аргументированные, поразившие не только постороннюю публику, но и весь английский адмиралтейский совет.
Самый постыдный торг, самые темные дела являются их единственным и наиболее прибыльным занятием. И потому контрабандисты, работорговцы, малайские пираты, всякого рода отщепенцы и подонки всех классов общества и всех стран, курители опия, жеватели бетеля, негодяи всех родов и сортов, -- все они находятся на службе у верховного повелителя -- у Великого господина. Его власть проявляется всюду, во всем и над всеми, хотя уличить его нельзя. И он один приводит в движение весь этот сложный механизм кооперации: он расходует невероятные суммы, владеет бесчисленным множеством судов разнообразных типов, имеет сообщников, занимающих высокие посты в иностранных флотах, а также и в дипломатическом корпусе. А потому нужно доискиваться не каких-нибудь темных личностей вроде Томаса -- эти наемники всегда платятся жизнью за малейшую свою неудачу или оплошность! Необходимо добраться до главы корпорации. Только тогда, когда этот глава будет схвачен законной властью, обезглавленная корпорация погибнет окончательно, без риска возрождения"".
"Капитан, -- прервал его один из присутствующих, -- но где вы найдете человека, который отважился бы на такое предприятие? Кто найдет в себе все то, что потребуется для осуществления столь трудной задачи".
"Я!" -- смело и решительно ответил моряк.
"Вы?"
"А кто же другой? Я уже подготовил оружие в предыдущих кампаниях и недавно имел разговор с морским министром по этому поводу. Обнадеженный его поддержкой и веря в законность моей цели, я готов решиться на это дело".
Тем временем разговоры продолжались. Слова морского офицера и его взгляды комментировались на разные лады. Некоторых, казалось, убедили аргументы говорившего, другие, которых можно было принять за лиц заинтересованных -- с таким жаром они оспаривали все, что он сказал, -- энергично возражали.
"Это невозможно и невероятно, -- заявлял какой-то иностранец голосом тихим, но внушительным и невольно привлекающим внимание. -- Я провел всю свою жизнь в море и никогда не видел и не слышал ничего подобного!"
"Да, -- поддерживал его другой господин экзотического типа, весь расшитый золотыми галунами, -- капитана ввели в заблуждение какие-то невероятные басни. Именно потому, что они сказочны, люди им охотно верят".
"Капитан, вероятно, плодовитый романист, красноречие которого могло бы обеспечить доходы какого-нибудь предприимчивого издателя и доставить удовольствия известному кругу читателей!"