Признав необходимым достать хоть часть нужных для операции инструментов, Андре по поручению доктора предложил Ибрагиму потребовать от осиебов возвращения доктору его медицинского набора.
Долго Андре не мог ему втолковать, чего, собственно, тому следовало приказать туземцам, но наконец Ибрагим сообразил и тотчас приказал позвать к себе вождя осиебов, то есть господина в красном английском мундире с жезлом тамбур-мажора.
На его зов привели африканского властелина, еле державшегося на ногах, так как перед тем он поглотил громадное количество привезенной абиссинцами водки, отчего поначалу ему зажгло все внутренности, а потом он окончательно одурел.
Поэтому понадобились чудеса дипломатии и новое угощение алкоголем, чтобы заставить его наконец расстаться с этими маленькими ножичками, которые так хорошо режут и колют.
Получив свои инструменты, доктор вооружился пинцетом и ланцетом, уложил больного на циновке, подложил ему под голову подушку, затем ухватил левой рукой самый большой желвак на животе и стал медленно и осторожно делать надрез, прорезая слой за слоем с удивительной осмотрительностью и проворством, тогда как Андре ватным тампоном стирал выступающую кровь. Развернув края раны, доктор обнаружил какое-то белое постороннее тело, похожее на гитарную струну. Он схватил его пальцами и стал осторожно и медленно тянуть на себя постепенным непрерывным движением.
-- Идет! -- сказал доктор, видя, что у него под рукой образуется петля.
-- Что это такое? -- воскликнул вполголоса удивленный Андре.
-- Это особый род белых червей, живущих под кожей и причиняющих громадный ущерб здоровью человека. Как вы видите, наш больной буквально кишит ими, в каждом желваке сидит по червю!
-- Он должен ужасно страдать! -- заметил Андре.
-- Нет. Впрочем, спросите его.