— Гардалов — парень хороший, — вздрагивающим голосом заговорил Митя. — Только горячий чересчур. Надо хорошо знать, кого бить. Всех подряд не годится. А то и самого себя по физиономии заденешь. Да и бить надо умеючи. Ну, а насчет штрафа… Тебе здорово хочется знать? — Митя положил руку на плечо Степана, приветливо, ободряюще посмотрел в лицо товарища.
— Очень хочется, — оживился Степан. — Так хочется, прямо и сказать не могу. Объясни мне, Митя, пожалуйста.
— Хорошо. Объясню все подробно. Ужинай скорей да пойдем вместе со мной.
— Куда? — Степан насторожился.
— Недалеко. К одному нашему мастеровому. Он здесь же, на Кудаевке, живет. Двумя улицами ниже.
— А что будем там делать?
— Посидим, на гармошке поиграем. Потолкуем кой о чем. Ну, иди ужинай. Да поживей, — Митя опять заторопился, — а то там, наверно, народ собрался, а гармониста нет. Эх, Степа, и сыграю же я сегодня! И еще будет один гармонист, — лучше меня. Ну, иди, иди. Что ты присох к табуретке!
— Я, Митя, не пойду.
— Почему? — Митина рука нетерпеливо вздрогнула и сползла с плеча Степана.
— Я же тебе сказал, оштрафовали меня сегодня на день. Да раньше на полдня. А до конца месяца, может, еще оштрафуют. Значит, и получать нечего будет.