-- Капитанъ Ивановъ! Такъ служить нельзя! Вы совершенно равнодушно относитесь къ умственному развитію своихъ людей!..
По отъѣздѣ генерала весь учительскій персоналъ привлекается къ объясненію людямъ слово изобрѣтатель, и на это тратится масса времени.
Рядомъ съ такъ называемымъ военнымъ развитіемъ, нѣкоторые начальники требовали развитія общаго. Для школъ грамотности приказано было выписать цѣлые вороха книжекъ; требовался не только разсказъ содержанія прочитаннаго, но главнымъ образомъ -- объясненіе каждаго книжнаго слова. Вопросы были до того необычайны, что даже умные солдаты становились въ тупикъ; напримѣръ: -- "что такое окно?" Казалось бы, что окно и есть окно, но не тутъ-то было,-- солдатъ долженъ былъ отвѣчать литературнымъ языкомъ: -- "это прорѣзъ въ стѣнѣ въ видѣ прямоугольника со вставленными въ него рамами со стеклами, сдѣланный во-первыхъ для того, чтобы въ комнатѣ было свѣтло, а во-вторыхъ -- чтобы видѣть, что дѣлается на дворѣ и на улицѣ". Какое отношеніе имѣла эта трата времени къ военному искусству -- никто надъ этимъ не задумывался.
Иногда однако оказывалось, что все это было напрасная забота. Однажды экзаменаторъ пріѣхалъ со своими книжками, одна изъ которыхъ была хрестоматія Ушинскаго, состоящая изъ разсказовъ о явленіяхъ природы и о нравахъ животныхъ,-- книжка, назначенная для низшихъ классовъ среднихъ учебныхъ заведеній, гдѣ попутно проходится зоологія.
-- Читай! обратился генералъ къ одному изъ учениковъ, передавая ему книжку.
Солдатъ робко прикоснулся своими толстыми работами пальцами къ чистенькой книжкѣ и, вѣроятно, приготовляясь къ долгому бдѣнію, во время котораго нельзя будетъ сморкаться, нѣсколько разъ фыркнулъ носомъ. Капельки пота еще передъ началомъ чтенія выступили на его лбу.
-- Акула изъ царства большихъ рыбъ...
-- Стой! что такое акула?
-- Не могу знать, ваше пр--во!
-- Какъ не можешь знать? подумай.