И къ тебѣ стремится думою
Вся душа моя...
И я, бѣдный, призадумаюсь,
Какъ теперь мнѣ жить
Да но милой по сторонушкѣ
Горьки слезы лить.
То же настроеніе преобладаетъ и въ послѣдующихъ стихотвореніяхъ. Мысль его усиленно работаетъ и останавливается надъ многими житейскими и жизненными вопросами, и стихъ его становится яснѣе, опредѣленнѣе, строже, красивѣе. "Эпитафія", "Жалоба поэта", "Къ генію", "Къ родинѣ", "Жизнь", "Молитва русская" -- вотъ темы дальнѣйшихъ его поэтическихъ опытовъ. Четырнадцати лѣтъ онъ уже пытается откликаться на вопросы дня, политическіе и общественные, пишетъ "на возстаніе грековъ", по поводу Крымской кампаніи, передаетъ свои "мысли въ домикѣ Петра Великаго"; въ пятнадцать лѣтъ, слѣдя за спорами о славянофилахъ, онъ строчитъ стихотворное длинное посланіе "къ Хомякову", гдѣ дерзко гласитъ:
Въ умѣ ли ты, славянофиловъ
Микроскопическій царекъ,
Глава неистовыхъ зоиловъ,