-- Мы лучше пошлем тебя в Палату Лордов, -- ответил дед.
-- Пожалуй, если это хорошее ремесло и если меня не выберут в президенты. Держать лавку скучновато.
Граф молчал и не сводил глаз с внука. Множество новых мыслей одолевало его. Дугл спал, положив голову на лапы.
Через полчаса вошел мистер Хэвишем. В комнате было тихо. Граф выпрямился, когда поверенный подошел к его креслу, и сделал знак рукой: маленький лорд спал на полу около огромной собаки, положив руку под свою кудрявую головку.
6. ГРАФ И ЕГО ВНУК
Маленький лорд не почувствовал, как его отнесли в спальню и уложили в постель. Проснувшись на другой день утром, он услыхал треск дров в камине и чей-то шепот.
-- Осторожнее, Доусон, ничего ему не говорите, почему она не с ним. Он не должен этого знать, -- говорил кто-то.
-- Если на то воля милорда, -- отвечал другой голос, -- то, конечно, никто ослушаться не посмеет. А все-таки, между нами говоря, очень уж жестоко разлучать такую молоденькую госпожу с ребенком, хоть он и родился знатным. Джеймс и Томас говорили вчера в людской, что они никогда ничего подобного не видали: сидит семилетний мальчуган за столом и разговаривает с графом вежливо и в то же время свободно, как со своим лучшим другом, -- а все знают, что подчас этот друг угостит тебя такой бранью, что кровь в жилах стынет... Меня и Джеймса позвали, чтобы отнести ребенка наверх. Поверите ли, он, как ангел небесный, лежал на руках Джеймса: щечки разрумянились, головка немного свесилась, а кудрявенькие волосики рассыпались по плечам. Ангелок да и только! Кажется, сам милорд им любовался: "Осторожнее, говорит, Джеймс, не разбудите его!.."
Седрик открыл глаза, повернулся и увидал двух женщин. Просторная и высокая комната, вся залитая солнцем, светлые обои, мебель, обитая ситцем в мелкий цветочек, окна, увитые снаружи плющом, -- все это понравилось Седрику. Женщины подошли к нему. Одна из них была миссис Меллон, экономка, а другая -- женщина средних лет с добродушным лицом.