-- Едут! Едут! -- пробежало по толпе.
Карета подкатила к паперти. Томас спрыгнул с запяток и отворил дверцу. Маленький мальчик в черной бархатной куртке выскочил из кареты. Все глаза с любопытством смотрели на него.
-- Вылитый отец! -- говорили те, кто помнил капитана. -- Точно сам капитан воскрес!
Мальчик стоял около кареты, поджидая деда. Как только граф вышел с помощью Томаса, маленький лорд подал ему руку и подставил плечо, как большой. Всем стало ясно, что, хотя граф другим внушал непреодолимый страх, маленький лорд не только его не боялся, но обращался к нему с любовью.
-- Обопритесь на меня хорошенько, -- говорил мальчик. -- Смотрите, как все рады вас видеть, как все вас знают!
-- Сними шапку, Фаунтлерой, -- сказал граф. -- Тебе кланяются.
-- Мне? -- воскликнул удивленный мальчик, поспешно снимая шапку и пытаясь поклониться всем сразу.
-- Да благословит вас Господь! -- сказала ему та же старуха, которая приветствовала его мать. -- Храни вас Бог!
-- Благодарю вас, мэм, -- вежливо отвечал маленький лорд.
Он прошел с дедом через всю церковь до клироса, где было отгорожено место с красной занавесью и скамьей, обитой бархатом, для семьи Доринкорт. Седрик начал осматриваться и очень обрадовался, увидя на другом конце церкви мать, которая издали улыбнулась ему. Потом его внимание привлекло странное изваяние на стене рядом со скамьей -- две коленопреклоненные фигуры в старинных одеждах, грубо высеченные из камня, поддерживали два молитвенника, также из камня. Внизу на дощечке была вырезана надпись, из которой он смог прочесть только то, что "здесь покоятся тела Григория-Артура, первого графа Доринкорта, и жены его Алоизы Хильдегард".