-- Пожалуйста, без отговорок, -- остановила ее мисс Минчин, -- и не лгите.
Сара пошла к кухарке. Ту только что разбранили, и потому она была в отвратительном расположении духа. Приход Сары пришелся для нее как нельзя более кстати: теперь ей было на кого излить свой гнев.
-- Наконец-то! -- воскликнула она. -- Как это вы еще не проходили всю ночь!
-- Вот покупки, -- сказала Сара, положив их на стол.
Кухарка, ворча, взяла к внимательно осмотрела покупки.
-- Можно мне что-нибудь поесть? -- спросила Сара.
-- Чай давно уже отпили, -- отрезала кухарка. -- Неужели вы воображаете, что я стану заваривать его для вас?
-- Я не обедала сегодня, -- после небольшого молчания тихо сказала Сара. Она боялась, что у нее задрожит голос, и потому говорила тихо.
-- Вы будете есть хлеб, -- сказала кухарка, -- Ничего другого нельзя получить в такой час.
Сара открыла буфет и взяла кусок хлеба. Он был совсем черствый. Съев его, она пошла к себе. Когда Сара уставала днем, ей всегда было трудно входить по лестнице на чердак. Лестница была такая длинная и такая крутая! А в этот вечер она стала как будто еще длиннее, и Сара принуждена была останавливаться несколько раз, чтобы перевести дух. Ей казалось, что она никогда не дойдет до верхней площадки. Добравшись, наконец, до нее, Сара с радостью увидала под своей дверью полоску света. Значит, Эрменгарда пришла к ней, слава Богу! Это гораздо лучше, чем прийти усталой и голодной в пустую комнату. От одного присутствия добродушной, толстой Эрменгарды у нее станет легче на душе.