Мужчины, женщины и дети с любопытством смотрели на него.
-- Он весь в капитана! -- говорили те из них, которые помнили его отца. -- Вылитый отец, честное слово!
Между тем Цедрик стоял, освещенный солнечными лучами, и с нежнейшим участием следил за графом, который выходил из экипажа при помощи Томаса. Потом он протянул ему руку и храбро подставил для опоры свое плечо, точно был семи футов ростом. Было ясно, что, в противоположность другим, маленький лорд не ощущал ни малейшего страха по отношению к своему строгому дедушке.
-- Вы только обопритесь на меня, -- послышался его голос. -- Посмотрите, как люди рады вас видеть и как они все хорошо вас знают!
-- Сними шляпу, Фаунтлерой, -- сказал граф. -- Они кланяются тебе.
-- Мне? -- воскликнул Фаунтлерой, моментально снимая шапочку и обнажая перед толпой свою светлую головку; он смотрел на них блестящими удивленными глазами, стараясь поклониться всем зараз.
-- Благослови вас Господь, милорд, -- сказала та же старуха в красном платье, которая приветствовала его мать.
-- Благодарю вас, сударыня, -- ответил Фаунтлерой.
Затем они вошли в церковь и прошли к своему месту, затянутому занавесями и покрытому красными подушками, сопровождаемые взглядами толпы.
Как только Фаунтлерой уселся, он сразу заметил, что против него сидела, улыбаясь, его мама; потом, оглядываясь по сторонам, он увидел сбоку у стены две коленопреклоненные фигуры, высеченные из камня, в необыкновенно странных одеяниях; они были обращены друг к другу лицом и стояли по обе стороны колонны, поддерживающей два высеченных из камня молитвенника. Их поднятые руки были сложены как бы для молитвы. На дошечке возле них были вырезаны слова, из которых он мог разобрать только следующее: