-- Но ты видишься с ней почти каждый день, -- ответил он. -- Разве тебе этого не достаточно?
-- Прежде я ее видел целый день. Она целовала меня, когда я ложился спать, а утром, вставая, я уже видел ее около себя, и мы сразу, не ожидая, могли рассказывать друг другу разные вещи.
С минуту дед и внук молча смотрели друг на друга. Потом брови графа сердито нахмурились, и он спросил:
-- Ты никогда не забываешь о матери?
-- Никогда, -- ответил Фаунтлерой, -- и она также меня не забывает. Видите, я ведь не мог бы забыть вас, если бы не жил с вами. Я думал бы о вас еще больше.
-- Честное слово, это правда, -- ответил граф, пристально глядя на Цедрика.
Чем сильнее старик привязывался к ребенку, тем больше ревновал его к матери.
Но в скором времени ему пришлось испытать такие новые волнения, что он почти забыл свою прежнюю ненависть к невестке. Все это случилось самым неожиданным образом. Однажды вечером, незадолго до окончания построек в "Графском дворе", в Доринкорте был большой званый обед. Давно уже не бывало такого собрания в замке. За несколько дней до этого приехали сюда сэр Гарри Лорридэль и жена его леди Лорридэль, единственная сестра графа; приезд их явился настоящим событием для всего населения имения. Колокольчик в лавке миссис Диббль принялся звонить без умолку, так как всем было известно, что леди Лорридэль, выйдя замуж тридцать пять лет тому назад, всего только раз посетила брата в Доринкорте. Это была красивая старая женщина с седыми волосами и ямочками на румяных щеках. Необычайно добрая, она ни в чем не сочувствовала своему брату, решительно не одобряла его поведения и однажды, откровенно высказав ему свое мнение, так рассердилась на него, что с тех пор перестала приезжать в замок.
За это время ей приходилось слышать много самых нелестных отзывов о старом графе. Она узнала, как он дурно обращался к женой, как он не любил своих старших детей, на которых не обращал никакого внимания и которыми, конечно, не мог гордиться. Этих двух племянников, Бэвиса и Морица, леди Лорридэль никогда не видала. Только младший из них, Цедрик Эрроль, красивый юноша восемнадцати лет, явился однажды в Лорридэль-Парк и объявил ей, что желает лично познакомиться с тетей Констанцией, о которой много слышал от своей матери. Леди Лорридэль сразу полюбила его, уговорила остаться на несколько дней, ласкала, баловала и восхищалась его красотой, умом и веселым характером. Она надеялась видеть его у себя не раз, но, к сожалению, надежда эта не осуществилась, так как старый граф, рассерженный этим визитом, навсегда запретил сыну бывать у тетки. С тех пор леди Лорридэль всегда с нежностью вспоминала о нем, и хотя она не одобряла его женитьбы на американке, но, тем не менее, не сочувствовала отношению старого графа к сыну, от которого он отказался и которого лишил наследства. Потом до нее дошли известия о смерти всех трех племянников, и наконец, совсем недавно она узнала о существовании маленького сына капитана, которого дед, за неимением других наследников, вызвал теперь из Америки.
-- Вероятно, для того, чтобы испортить его, как остальных, -- сказала она мужу, -- если только влияние матери не пересилит дурного влияния деда.