Роанъ не сдѣлалъ ни малѣйшаго движенія и пристально смотрѣлъ на своихъ преслѣдователей.
-- Еще разъ приказываю вамъ именемъ императора сдаться,-- произнесъ старый сержантъ.
-- Я никогда не сдамся,-- отвѣчалъ спокойно Роанъ.
Черезъ мгновеніе раздался выстрѣлъ, но когда облако дыма разсѣялось, то всѣ увидали съ изумленіемъ, что Роанъ стоитъ попрежнему на своемъ мѣстѣ. Пуля ударилась въ утесъ рядомъ съ нимъ, но худо ли мѣтилъ Пипріакъ, или нарочно выстрѣлилъ такъ, чтобы пуля не попала въ дезертира, осталось его тайной. Но во всякомъ случаѣ, если онъ хотѣлъ выстрѣломъ напугать Роана, то цѣль его не была достигнута.
Видя неуспѣхъ сержанта, жандармы въ свою очередь прицѣлились, но Пипріакъ громко воскликнулъ:
-- Погодите. Ну, что же, вы остались живы,-- снова произнесъ онъ, обращаясь къ Роану:-- и теперь, можетъ быть, станете благоразумнѣе. Сходите внизъ и надѣйтесь на милосердіе императора; я ничего не обѣщаю, но... сдѣлаю все, что могу. Во всякомъ случаѣ вы не можете избѣгнуть вашей судьбы, и мы уже теперь не выпустимъ васъ изъ рукъ. Ну, сдавайтесь.
-- Я никогда не буду солдатомъ.
-- Теперь уже поздно,-- сказалъ Мишель Гральонъ, впервые нарушая молчаніе и обращаясь къ нипріаку: -- къ тому же онъ трусъ.
Услыхавъ эти слова, Роанъ снова хотѣлъ броситься на шпіона, но попрежнему удержалъ свой порывъ.
-- Повторяю, что вы напрасно теряете время,-- произнесъ онъ, смотря только на Пипріака:-- быть можетъ, я трусъ, какъ говоритъ Мишель Гральонъ, но я никогда не пойду на войну и не сдамся живымъ.