-- А ты-то не измѣнишь мнѣ?
-- Нѣтъ, никогда.
-- И ты выйдешь за меня замужъ?
-- Если Богу угодно.
-- Конечно.
-- И если разрѣшитъ епископъ.
-- О, мы добьемся его благословенія.
-- И если согласятся братья и дядя.
-- Объ этомъ не безпокойся.
Наступило молчаніе. Роанъ не былъ въ сущности вполнѣ увѣренъ въ согласіи дяди, стараго капрала, который отличался странными идеями, составлявшими контрастъ съ мыслями Роана. Онъ могъ встрѣтить какія нибудь препятствія для ихъ брака и, какъ человѣкъ рѣшительный, принять мѣры для осуществленія своего взгляда. Но опасеніе, чтобъ старый капралъ помѣшалъ его счастью, только на мгновеніе омрачило лице Роана, и оно тотчасъ снова прояснилось.