Печатая имѣющіяся у насъ объ этомъ свѣдѣнія, мы искренне желаемъ чтобъ они доставили хоть сколько-нибудь полезные матеріалы гг. конкуррентамъ на премію.
ГЛАВА I.
Общія черты Екатерины II и ея правленія.-- Заботливость ея о воспитаніи великаго князя Павла Петровича и объ его здоровьѣ.-- Доброе свойство ихъ взаимныхъ отношеній.-- Иностранцы писавшіе въ то время о Россіи.
"Lee législateurs ont la première place dans le temple de la gloire."
Voltaire.
Россія была въ продолженіи тридцати четырехъ лѣтъ предметомъ постоянной, дѣятельной и мудрой заботливости Екатерины II. Личность свою и наслѣдника своего престола считала она тѣсно связанными съ благоденствіемъ подвластнаго ей народа. Многія изъ принятыхъ ею мѣръ и нововведеній относились къ улучшенію быта огромнаго большинства населенія Имперіи, то-есть меньшей братіи, о которой вообще въ ту пору на Западѣ очень мало заботились. Вотъ почему такъ-называемый Екатерининъ вѣкъ былъ до 19го февраля 1861 года самымъ популярнымъ у насъ царствованіемъ. Быть-можетъ поэтому же и попеченія великой монархини объ ея малолѣтнемъ сынѣ въ глазахъ потомства и историка исчезаютъ какъ капля въ морѣ среди попеченій которыя ея всеобъемлющая дѣятельность посвящала Россіи.
Екатерина, безспорно, принадлежала къ числу самыхъ свѣтлыхъ умовъ своего времени. Притомъ умъ ея имѣлъ направленіе, такъ сказать, мужественное, чисто положительное, практическое, и однимъ изъ замѣчательнѣйшихъ свойствъ его было то что, слѣдя, напримѣръ, за ходомъ какой-либо негоціаціи, какого-нибудь государственнаго дѣла или за развитіемъ законодательнаго вопроса, она не только никогда не теряла изъ виду сущности его въ общемъ объемѣ (ensemble), но и ни одной мелкой подробности. Девизомъ императрицы было полезное, {На любимой ея печати вырѣзаны были улей, кустъ цвѣтовъ и надпись: полезное. Подобный гербъ данъ былъ ею Вольному Экономическому Обществу. См. стр. VI предисловія къ исторіи онаго, А. И. Ходнева, С.-Петербургъ. 1866 г.} и въ бумагахъ, на которыя намъ придется ссылаться, мы не найдемъ ни; одной фразы, гдѣ бы высказывалось какое-либо преувеличенное чувство. Вездѣ преобладаютъ искренняя любовь къ Россіи, уваженіе къ ея обычаямъ и преданіямъ, справедливая гордость женщины знающей себѣ цѣну, характеръ пылкій и энергическій, желаніе совершить что-либо достославное или взять верхъ надъ политическимъ соперникомъ; но при этомъ много осторожной, разсудительной сдержанности и терпѣнія. Когда же отъ занятій государственныхъ у Екатерины остается досужное время, то и тутъ выступаютъ на сцену не воображеніе и женская чувствительность, а остроуміе и игривыя шутки. {См. ниже въ настоящемъ очеркѣ записочки Екатерины II къ барону Черкасову, No V и XII, и весь второй изъ описываемыхъ нами двухъ эпизодовъ ея царствованія.}
Но именно пылкость характера Екатерины убѣждаетъ насъ въ томъ что она не умѣла любить вполовину. И въ самомъ дѣлѣ, при всѣхъ своихъ обширныхъ занятіяхъ, она успѣвала очень рачительно пещись о своемъ малолѣтнемъ сынѣ.
Въ концѣ 1762 года, то-есть вскорѣ послѣ ея воцаренія, когда Даламберъ отказался отъ сдѣланнаго ему предложенія взять на себя воспитаніе цесаревича за 100.000 франковъ жалованья, императрица написала ему собственноручное и чрезвычайно настойчивое письмо, которое показываетъ, вопервыхъ, до какой степени въ глазахъ ея судьба наслѣдника была тѣсно соединена съ будущностью русскаго народа, а вовторыхъ, съ какой вообще возвышенной точки зрѣнія смотрѣла она на призваніе того и другаго.
Вотъ отрывокъ изъ этого письма на языкѣ подлинника, такъ какъ въ немъ много выраженій теряющихъ свою силу и значеніе въ переводѣ, хотя бы самомъ близкомъ паточномъ: