И плеть засвистала узлами;
Онъ билъ -- и отзвукъ разносился кругомъ,
Онъ билъ -- и на тѣлѣ ея молодомъ
Удары ложились рубцами.
Натѣшась, онъ изъ дому выгналъ её
Въ холодную ночь и въ ненастье...
И вотъ, сквозь терновникъ, по острымъ камнямъ,
Она къ Фалькенштейнскимъ пришла воротамъ
Излить передъ другомъ несчастье.
"Зачѣмъ, не назвавши сначала женой,