И стонетъ онъ, горемъ убитый.
Шатаясь, на грудь опустивши главу,
Онъ лёгъ на траву;
Собаки къ нему подбѣжали.
Два вѣрные друга въ тяжолые дни,
Къ нему головами приникли они
И раны лизать ему стали.
И ласка собакъ оживила его --
И свѣтъ для него
Какъ-будто бы сталъ веселѣе.