— Это я, сударь, Маша!
— Где Лохвицкий?
— Убежал.
— Помоги мне… Жжет… тяжко… — Максутов попытался расстегнуть мундир, но снова впал в беспамятство.
— Что с вами, сударь? Очнитесь! — с испугом закричала Маша.
Но Максутов лежал без движения.
Тогда девушка расстегнула ему мундир, увидела кровоточащую рану и кинулась в избушку. Она вынесла чистый рушник, туго перевязала Максутову грудь, потом осторожно приподняла раненого и понесла в избушку.
