К полудню на земле Камчатки не осталось в живых ни одного незваного пришельца. Был дан отбой.
Громогласное «ура» огласило побережье. Защитники порта ликовали — победа была полной. В знак победы над врагом солдаты зажгли большие костры.
Трава на склоне Никольской горы была помята, кусты поломаны, всюду виднелись следы потемневшей крови, пестрые лоскутья порванных мундиров.
Защитники порта собрали трупы погибших товарищей, положили на зеленой траве, головой к порту.
Раненых отправили в госпиталь. Туда же отвезли Сергея Оболенского и старика Гордеева. В стороне сложили трупы английских и французских солдат, которых противник в панике не успел взять на свои корабли.
Потом петропавловцы начали собирать трофеи. На берегу выросла большая куча английских и французских штуцеров, офицерских шпаг, инструментов для разрушения батарей и заклепки для орудий, предусмотрительно захваченные десантниками.
Чайкин обнаружил в сумке убитого английского солдата ручные кандалы. Он показал их петропавловцам:
— Видали, братцы, находочку!
Николай Оболенский взял кандалы и долго смотрел на ник:
— Узнаю… Не иначе как для русских пленных были уготованы!