— Зови меня лучше «мистер Пимм» — нас могут услышать, — остановил его Сергей Оболенский и с тревогой покосился на дверь. Потом подошел к окну и поправил занавеску.
— Мы одни, в доме все уже спят… Я понимаю, ты принял другое имя и едешь в Америку.
— Да, Дмитрий. Да, так.
— Но как тебе удалось вырваться с каторги? От Вилюйска до Камчатки тысячи верст — непроходимая тайга, горы…
— А мне все еще не удалось вырваться, — горько усмехнулся Оболенский. — Один неосторожный шаг — и беглого каторжника Сергея Оболенского вновь по этапу погонят на рудники.
Друзья присели у стола и, не сводя глаз друг с друга, вспомнили Петербург, семью Оболенских и Максутовых, живших в большой дружбе.
…В роду Оболенских все были моряками. В полутемных залах особняка на Васильевском острове в Петербурге можно было увидеть старинные портреты капитанов и адмиралов, служивших во флоте в течение многих десятков лет.
Алексей Сергеевич Оболенский дослужился до чина контр-адмирала и командовал бригом «Олег», участвовавшим во многих дальних плаваниях.
К морской карьере предназначались и двое детей контр-адмирала — Сергей и Николай.