— Очень даже “при чем”. Он и есть то самое лицо, которое разыскивается.
— Не говорите чепухи!
— О, нисколько! Все это очень серьезно. Из Иркутска получена бумага: с каторги сбежал политический преступник Сергей Оболенский. Он выдает себя за мистера Пимма, американского путешественника. Из рук его выпускать нам никак нельзя.
— Вот и ловите! — усмехнулся Максутов.
— Я уже распорядился не выпускать из порта китобойное судно без осмотра. Все перероем, а найдем!
— Это делает честь вашей энергии, господин Лохвицкий! Какие распоряжения отдал Василий Степанович?
— Да, едемте к нему. Вероятно, потребуется и ваша помощь.
— Я сыскными делами не привык заниматься, — раздраженно ответил Максутов. — Для этого существуют жандармы, да вот и любители вроде вас.
Они подъехали к дому Завойко, обмениваясь колкостями. Василий Степанович встретил их явно смущенный и расстроенный.
— Странная история, господа! Оказывается, мистер Пимм — самозванец, беглый каторжник Сергей Оболенский. А он произвел на меня, признаться, весьма отрадное впечатление. Умный, обходительный человек. Никогда бы где подумал о нем плохое!.. Да, странно все…