— Родных-то, кажется, у тебя нету?
— А на родной стороне все родные, все близкие.
— Это верно.
Изыльметьев подошел к борту и долго смотрел на запад, где в туманной дали смутно проступали суровые, но бесконечно дорогие очертания родного берега.
На следующий день экипаж “Авроры” увидел подымающиеся до самых облаков остроконечные вершины Камчатских гор. Покрытые вечным снегом, они блестели в утренних лучах солнца и, казалось, говорили матросам: “Ну вот вы и дома!”
Глава 3
Обычно аккуратный и исполнительный, капитан Максутов вот уже второй день не показывался на глаза Завойко.
Никто не видел Максутова и на батареях. Завойко не на шутку встревожился и вызвал к себе Лохвицкого.
— Таинственные дела вершатся! — сказал он с раздражением. — То появляется беглый каторжник… теперь исчез капитан Максутов. Не на медведя ли он напоролся в лесу?
— Ваше превосходительство, — осторожно заметил Лохвицкий, — не случилось ли с капитаном несчастье?