Перед госпиталем Завойко заметил матросов. Они, один за другим, выбегали из помещения и строились в колонну.
Последним вышел капитан Изыльметьев.
— В чем дело, капитан? — спросил Завойко.
— Матросы с “Авроры” пожелали возвратиться на фрегат, — объяснил Изыльметьев. — Никто не согласился остаться в госпитале. Я уступил, не мог им отказать.
— А как их здоровье?
— Много лучше. Но говорят, что могут расхвораться, если их сейчас в госпитале задержат, — усмехнулся Изыльметьев.
— Спасибо, братцы! — растроганно сказал Завойко матросам. — Отечество этого вам не забудет!
— Рады стараться! — дружно ответили матросы, и Завойко уловил в этом трафаретном ответе искреннее чувство большого патриотического воодушевления.
Он и Изыльметьев в волнении переглянулись.
— Василий Степанович, — сказал Изыльметьев, — перед тем как покинуть берег, хочу сказать вам, как начальнику обороны, что фрегат “Аврора” свой долг перед отечеством выполнит. Да, чести русской не посрамим!