Я выдохнул и поднес бутылку к губам, тщательно принюхиваясь. Кроме терпкого запаха виски какой-то легкий фруктовый оттенок. В другой ситуации я бы не обратил на него никакого внимания. Неожиданно мне в голову пришли слова Ларри Батцеля, что-то вроде: «К востоку от Реалито, в сторону гор, около старого цианидового завода». Цианид. Точно.
Испарина выступила у меня на лбу, когда я поднес бутылку ко рту. Почувствовал, как по телу пробежали мурашки и все внутри похолодело. Удачно сымитировал здоровенный глоток, меньше чайной ложечки отравы попало в рот, но ничего там не осталось.
Я резко закашлялся и согнулся пополам, хватая ртом воздух. Красноглазый захохотал.
— Только не говори, что тебе стало плохо от одного глотка, парень.
Выронив бутылку, я стал сползать с сиденья в левую сторону. Прикрывая корпусом руки, дотянулся до пистолета и, не целясь, выстрелил из-под левой руки в красноглазого. Тот даже не успел дотронуться до «кольта», только сбросил его на пол. Одного выстрела было достаточно. И тут же выстрелил второй раз — вперед, в направлении Лу.
Но тот уже успел сползти на пол и затаиться. Воцарилась тишина. Даже дождь, казалось, хлестал уже беззвучно.
У меня не было времени взглянуть на красноглазого, но он мне пока не мешал. Я отбросил «люгер», выхватил из-под коврика автомат и направил его вперед. Лу не издавал ни звука.
— Слушай, Лу, — начал я мягко, — у меня сейчас автомат. Что скажешь на это?
Раздался выстрел, но Лу знал, что стреляет впустую. Только сеть трещинок на пуленепробиваемом стекле. Опять тишина. Наконец Лу Глухо произнес:
— У меня «лимонка». Хочешь?