Кнотек снова ощупал голову. Ничего! Голова сухая и гладкая, как всегда.
— Что у меня на голове? — воскликнул он.
— Похоже на сияние, — неуверенно пробормотал кельнер. — Я все гляжу и гляжу…
Кнотек нахмурился. Видно, высмеивают его плешь.
— Занимайтесь лучше своим делом, — отрезал он и принялся за кофе. Но для верности все же незаметно оглянулся и увидел свое отражение в зеркале: солидная плешь и вокруг нее что-то вроде золотистого ореола… Кнотек поспешно встал и подошел к зеркалу. Ореол двигался вместе с ним. Кнотек ухватился за него обеими руками, но ничего не нащупал — руки проходили сквозь светящийся круг, ореол был совершенно нематериальным и лишь едва ощутимо согревал пальцы.
— Отчего это у вас? — сочувственно поинтересовался кельнер.
— Не знаю, — уныло ответил Кнотек и вдруг перепугался. А как же он пойдет в банк? С этим нельзя! Что скажет управляющий? «Господин Кнотек, скажет он, эту штуку вы оставьте дома. В банке мы такого допустить не можем».
«Как же быть? — с ужасом думал Кнотек. — Снять ореол нельзя, под шляпу его не спрячешь. Добежать бы хоть до дому…»
— Будьте добры, — торопливо попросил он, — найдется тут у вас зонтик? Я бы прикрыл им это…
Если кто-нибудь в ясное солнечное утро бежит по улице, спрятавшись под зонтиком, то, без сомнения, обращает на себя внимание, но все же меньшее, чем человек, шествующий с нимбом вокруг головы. Кнотек без особых происшествий добрался домой, только на лестнице соседская служанка, столкнувшись с ним, взвизгнула и уронила сумку с продуктами: в темном подъезде нимб сиял особенно ярко.