Прус. Он у нее за корсажем.
Коленатый. Можно извлечь его оттуда. Господа, это дело сулит… невообразимые возможности. Что мы сделаем с этим рецептом?
Грегор. Ничего. Рецепт принадлежит мне. Я ее наследник.
Коленатый. Успокойтесь. Пока она жива, вы вовсе не наследник. А она может прожить ещё триста лет, если захочет. Но мы можем заполучить этот рецепт, понимаете?
Грегор. Обманным путем?
Коленатый. Хотя бы. Это так важно… для нас и для всего общества, что… гм… Вы меня понимаете, господа? Неужели оставить рецепт ей? Чтобы всю пользу извлекала она одна, да ещё какой-то проходимец Бомбито? Кому достанется рецепт?
Грегор. Прежде всего — ее потомкам.
Коленатый. Такими потомками хоть пруд пруди. Вы на это особенно не напирайте. Ну вот, скажем, вы, Прус. Если б рецепт был ваш, одолжили бы вы его мне? Чтобы я жил триста лет?..
Прус. Нет.
Коленатый. Вот видите, господа. Значит, нам надо как-то между собой договориться. Что делать с рецептом?