- Я еще жив... - прошептал он чуть слышно.
- Жив и среди друзей, - поспешил успокоить его Кико.
- А где же лезгины, которые преследовали нас?
- Их нет, друг мой. Погоня вас не догнала... Но не расспрашивай больше ни о чем, тебе это вредно... Раненые не должны говорить...
- Пусть так. Я буду молчать... Но кто позаботился обо мне? Кто забинтовал мои раны? - спрашивал Али.
Кико ничего не ответил. Тогда Магуль бросилась на колени перед тахтой, на которой лежал раненый Али, и заплакала:
- Али, брат мой! Бедный мой Али! Знай, что князь Кико первый пришел тебе на помощь и ухаживает за тобой, как друг и брат. Ах, Али, Али! Это ангел, который добром отплатил тебе за зло. Зачем, зачем ты так дурно поступил с ним, Али?
И Магуль зарыдала еще громче, еще отчаяннее.
- Молчи, молчи! - простонал Али. - Не рви мне сердца, Магуль... Я, может быть, в это утро уйду от вас на суд Аллаха... Не мучь же меня, сестра...
Он хотел еще добавить что-то, но голова его запрокинулась на подушку, и вместо слов получился один хрип.