Теперь первая и последняя ученицы очутились рядом. Вера Дебицкая, не спеша, плавно выводила свои ответы. Додошка стояла тут же, малиновая, и усиленно пережевывала что-то.
- Додо, брось ты свои леденцы хоть в такую минуту, - шепнула ей Женя Дулина.
Но Додошка только молча повела на нее выпученными глазами.
- Ваша очередь, девица Даурская, - послышался голос "своего" батюшки, отца Василия.
Он был сегодня в темно-синей шелковой рясе, сшитой к экзамену, и особенно торжественно выглядел в ней.
Додошка неопределенно крякнула, потом незаметно перекрестилась под краешком пелеринки и невнятно стала читать крещенский канон.
- Ничего не понимаю... Что, сия девица всегда так говорит невнятно? - обратился "чужой" священник-ассистент к отцу Василию, на что институтский батюшка только недоумевающе заморгал.
- Девица Даурская, что с вами? - почти с отчаянием в голосе спросил он.
Но Додошка еще гуще покраснела и, вместо ответа, продолжала по-прежнему, не разжимая рта, едва выговаривать какие-то непонятные слова, похожие на речь чревовещателя.
Преосвященный смотрел на смешную девочку и казался удивленным.