Все это не могло не поднять суматохи в доселе мирных стенах института.
"Шестушка", услышавшая весть о миссионере, пулей влетев в свой класс, вскочила прямо на кафедру.
- Медамочки, душки! - закричала она благим матом, точно в институте начался пожар. - К Воронской из Америки индеец приехал! Сидит на приеме. Красный, как медь, а сам, медамочки, с голою грудью и за ухом перо, а в ноздрях сережки... Не верите?.. Сама видела!
- Варкина, что ты врешь, глупая? Не индеец вовсе, а тот, кто крестит индейцев, миссионер, священник, значит, приехал, а ты все напутала. Я сама слышала, медамочки, как Эльская говорила это "Фюрстше", - вмешалась другая "шестушка". - У него и хитон белый, как у католических священников, и крест на груди преогромный, - с жаром передавала она.
- Дурочка! Хитон у греков был только, а у священников риза, - поправил ее кто-то из подруг.
- Mesdames, что у вас за шум сегодня? - В класс заглянули несколько любопытных воспитанниц пятого класса.
Им наскоро объяснили в чем дело, и через несколько минут "пятые" уже мчались в свой класс, где объяснили своим, что у Воронской сидит архиерей на приеме, только не наш, а индейский, и что у него тюрбан на голове, а вся спина растатуирована красками, и вскоре бежали во весь дух в приемный зал рассмотреть хорошенько диковинного гостя. Туда же устремились и взбудораженные "шестушки", наскоро сообщив другим классам, что на приеме у Воронской сидит самый знаменитый вождь и духовное лицо индейцев. Затем они шумною волною, целым классом, хлынули в зал, чуть не опрокидывая по дороге дежуривших классных дам и пепиньерок. За ними побежали пятые, четвертые, третьи и вторые. "Седьмушки" тоже было высунули из-за дверей "колбасного переулка" свои любопытные носики, но их энергичная блюстительница порядка в синем платье подняла рев, и пугливое маленькое стадо снова водворилось в "детскую" - как называли старшие воспитанницы младший класс.
Большой Джон, нимало не подозревая о совершившемся по его милости переполохе, покончив с делом спасения Елецкой, по просьбе своих новых сорока друзей уже рассказывал им различные случаи из своего недавнего путешествия по свету. В пылу рассказа молодой человек и не замечал, что число его слушательниц увеличивалось с каждой минутой.
Маленькие карабкались на скамейки и, что бы лучше видеть, подсаживали друг друга.
Одна "шестушка", вскарабкавшаяся было на спинку скамьи, чтобы лучше разглядеть диковинного гостя, оступилась и растянулась на гладком и скользком паркете залы.