Между тем обед подходил к концу. После мороженого и десерта снова шумно задвигались стулья и гости направились из столовой: мужчины курить и пить кофе в кабинет хозяина, а дамы — в гостиную хозяйки.
Петр Николаевич подхватил под руку Капитоныча и увлек его за собою в кабинет.
Юлия Алексеевна слегка обняла за плечо Зою Федоровну и увела ее к другим дамам, разместившимся в кружок, на мягких диванах и креслах в гостиной. Уходя, Ганзевская успела шепнуть Диме:
— Как жаль, что мне не удастся посмотреть на вашу маленькую подругу, о которой мы проболтали весь обед.
— Ничего. Я постараюсь познакомить вас с Машей, когда немного стемнеет, и все займутся танцами, — также тихо ответил он своей новой знакомой, с которой чувствовал себя совсем свободно и хорошо, так же хорошо и свободно, как и со старым Капитонычем.
Ганзевская кивнула своей рыжей головкой и присоединилась к остальному обществу.
Дима же с набитыми карманами незаметно выскользнул из комнаты и бросился в сад по направлению к беседке. Если бы ему пришло в голову оглянуться назад, он бы мог увидеть, как небольшая группа молодежи, очевидно, заранее сговорившись, последовала за ним в некотором отдалении по садовой аллее.
Впереди всех, под руку с Линой торжественно выступал барон. За этой парой шел Никс с баронессой Тони.
Шли они не молча и темой их разговора была нищенка, подруга Димы.
— Тсс… — шепотом удержал своих спутников Никс. — Тсс… мы уже у цели. Вот и беседка. Очевидно, девчонка уже там, потому что наш милейший Вадим скрылся в дверях. Теперь надо притаиться, а то…