Перед ним лежит селедка и не одна, а целых шесть не живых, а вычищенных селедок, при чем хвост одной втиснут в голову другой. И так все шесть, гуськом... Они лежат длинной змеею перед глазами злосчастного рыболова, издавая ужасное зловоние...
Возмущенный Карл Карлович вспоминает, что за сегодняшним завтраком почти никто не ел селедок и что селедки куда то исчезли как по волшебству... Вспоминает еще и то, что во время сборов на пикник карман у Витика как то топорщился и от Витика пахло именно совсем так же, как пахнут сейчас эти селедки. Значит, все это штука Витика! И разгневанный Карл Карлович бросается к Витику и больно схватывает его за ухо. Попавшемуся проказнику плохо пришлось бы наверное, если бы в эту минуту не показалась бегущая к берегу со всех ног Женя. Лицо у Жени было взволновано. Глаза испуганы на смерть.
Она ураганом ворвалась в толпу мальчиков, во все горло крича:
-- Где Котя? Вы не видели Котю?
Мальчики в недоумении переглядываются. В самом деле, где же он, Котя?
И лица у них становятся такими же испуганными, как и у самой Жени.
Теперь поднялась уже настоящая суматоха. Все стали вспоминать, где и кто видел Котю последним.
-- Он был, когда складывали костер! -- произнес уверенно Алек.
-- Но когда мы бежали к берегу, его не было уже с нами! -- уныло вторил ему Павлик.
-- Да, его не было с нами! -- еще печальнее произнес Витик, который особенно привязался к общему любимцу с тех пор, как тот так великодушно выручил его.