Как раз в эту минуту больной приподнял веки. Два прекрасные черные глаза взглянули на Алека. Точно две горючие звезды зажглись в комнате.
-- Где я? -- произнес больной слабым голосом.
-- У друзей, не бойся, малыш!.. -- отвечал стройный Алек, -- у друзей, которые тебя ничем не обидят.
-- А где же Кудлашка? -- снова с беспокойством проговорил больной.
Но едва он успел произнести это, как из-под постели неожиданно вынырнула потешная черная мордочка, и оттуда появилась и сама Кудлашка во всей своей красоте. С радостным визгом она кинулась прямо на постель больного, оставляя на чистом белом пикейном одеяле следы своих грязных лап. Темноволосый Алек покачал головою.
-- Макака не похвалит, если увидит это, -- произнес он серьезно, -- и Кар-Кар тоже. Впрочем, я заступлюсь за тебя, когда понадобится, -- заключил он тихо.
-- А кто они будут? -- спросил не без трепета больной, широко раскрывая свои и без того огромные глаза.
-- Макака -- это обезьяна... Она похожа очень на человека и ест руками, как мы, и вся покрыта волосами при этом. Но наша Макака вовсе не обезьяна. Вот ты убедишься сам, когда увидишь. А зовут нашу Макаку господином Марковым, Александром Васильевичем. Настоящая макака -- злая, а наш Макака -- добрый. Кар-Кар же -- это помощник нашего Макаки. У Кар-Кара четыре глаза и две головы: одна -- своя, другая -- чужая.
Больной еще шире раскрыл глаза. Хотел спросить что-то и не успел.
Быстро распахнулась дверь, и из неё высунулось десятка два детских головенок. Тут были и черненькие, и белокурые, и рыжие, и русые. Смешные, любопытные рожицы изо всех сил тянулись вперед. Карие, черные, синие и серые глазенки устремились взорами на лежавшего в кроватке больного.