Поперхнулась и вспотела.
А как голос потеряла,
Петь совсем уж перестала... и так далее.
Monsieur Шарль впрочем и не слушал. Он в это время думал о пропавших носках, галстуке и манишке и потому вообще мало обратил внимании на то, что ответил Павлик. Он качал только в такт стихам головою и похлопывал рукою по краю стола. Когда он перестал думать о носках и воротниках, в его мыслях стал носиться милый Париж, откуда monsieur Шарль был родом, и красивый дом на берегу Сены, где он нанимал крошечную комнату у своих друзей. Он так углубился в свои мысли, что не заметил, как распахнулась дверь и с оглушительным лаем в класс влетела Кудлашка. Дружный взрыв хохота встретил ее. Monsieur Шарль поднял задумчивые глаза, вскинул ими по направлению к двери и побледнел от злости.
На шее Кудлашки красовался блестящий розовый воротничок француза, повязанный роскошным ярко-красным галстуком; нежная голубая манишка прикрывала горло и грудь собаки. На всех четырех лапах Кудлашки было надето по цветному носку monsieur Шарля; два лиловых -- на передних ногах, два золотисто-желтых -- на задних.
К довершению всего на голове Кудлашки красовалось что-то странное, привязанное веревкой к шее.
Monsieur Шарль хотел броситься к Кудлашке, но она вихрем пронеслась мимо него, сбросила два носка, манишку, воротник, забралась под дальнюю скамейку и с остервенением стала сдирать с головы тот странный предмет, который был надвинут ей на самые уши...
В это время снова распахнулась дверь и весь красный, как рак, в класс влетел Карл Карлович. Он махал неистово руками и кричал что-то по-немецки. Но что, -- никто не мог разобрать. Никто, кроме Витика Зона разве, который проскользнул за ним следом и теперь преспокойно сидел на своем обычном месте с невинным, спокойно улыбающимся лицом. Ему ничуть не странным показалось то, что, вместо обычных густых волос, на голове Кар-Кара, замечательно круглой, как мяч, красовался носовой платок, завязанный под подбородком.
Тайна круглой головы и носового платка была лучше, чем кому другому, известна Витику: сегодня он пробрался, после обеда, в комнату немца и, пока тот спал, стянул с головы Карла Карловича парик, для того чтобы нахлобучить его на мохнатую голову Кудлашки.
Он жё нарядил собаку и в принадлежности костюма monsieur Шарля, припрятанные накануне в укромном местечке, позади дивана.