Все невольно смеются.
Громче всех хохочет Мура. Ей удается, наконец, проникнуть к Досе, и, трясясь от смеха, настоящая генеральская дочь поверяет мнимой генеральской дочери только что происшедшее с нею трагикомическое происшествие.
Но Дося, однако, не разделяет ее веселости.
Дося смущена немало. "Вот оно, начинается! Только что приехали, а уже начались обычные шалости и проказы. И ведь она могла упасть с дерева и разбиться насмерть, к довершению всего, эта нелепая Мурочка".
Вздрогнув от одной этой мысли, Дося принимается ласково выговаривать Муре за ее поступок. Но та только звонко хохочет в ответ.
- Нет, нет, это было восхитительно, я тебе говорю! - едва находит она силы произнести между взрывами смеха: - Ты представь себе только эту картину: длинная, белая рубашка, точно саван мертвеца, совершенно голый, голова, как череп, и вопит благим матом: А-а-а! Les voleurs! Card aux voleurs! (Воры! Берегитесь воров!) Есть отчего умереть со смеху! А я и не подозревала, что милейшая Эми носит парик! Ха-ха-ха!
- Тише, тише, услышат!
- Ах, Дося, мне хочется прыгать, бесчинствовать и кричать!
- А ты должна лечь спать вместо этого, как пай-деточка.
- У-у, как скучно!