Лидианка берет кружку и быстро осушает ее. Потом шепчет снова:
— Jean Jaque Rousso naquit a Geneve… и прочее, и прочее, и прочее. А черная южная ночь притаилась за окнами и точно дышит.
* * *
Бледная, с темными кругами под глазами, но спокойная и довольная вошла Лидианка на следующее утро в класс. Инна Соловьева, маленькая пухлая брюнетка, ее подруга, встретила ее на пороге вопросом:
— Все билеты прошла?
— Все!
— Счастливица! Я Расина совсем не помню. Не дай Бог попадется третий билет…
Рыженькая Филатова подскакивает к ним:
— Экая беда, подумаешь! Ну попадется третий, ну так что? Не думаешь ли, что они вздумают резать нас по пустякам?
— Почему бы им быть снисходительными, я не понимаю, — горячится Инна.