Тихо вошел он по звонку в класс, тихо велел дежурной прочесть молитву, тихо сел за приготовленный ему перед партами столик с чернильницей и журналом и надел очки. Потом окинул весь класс ласковым взором и остановил его на мне, одиноко сидевшей на ближней скамейке.
— А я вижу, новенькая у вас?
Я встала.
— Как ваша фамилия, деточка? — обратился он ко мне тем же ласковым голосом, от звуков которого точно много легче становилось на сердце.
Я хотела по обыкновению сказать мой полный титул, но, вспомнив совет Чикуниной, просто ответила:
— Нина Джаваха.
— Княжна! — пискнул за мною чей-то насмешливый голосок.
— Как же, слышал, — закивал головою батюшка, — князья Джаваха известны по всему Кавказу… Как же, как же, в войне с горцами отличались… Князь Михаил Джаваха драгоценную услугу оказал главнокомандующему и пал в бою… Не родственник ли он вам, деточка?
— Князь Михаил — мой родной дедушка, — вырвалось с невольным порывом гордости из моей груди.
Вероятно, глаза мои и щеки разгорелись от прилива необычайного счастья. Я торжествовала.