Я одна не двинулась с места.
— Джаваха, — дерзко крикнула мне Запольская, — или ты не слышала? Открой свой ящик.
Вся кровь бросилась мне в голову…
Открыть ящик, позволить обыскать себя, позволить заподозрить в… страшно подумать даже, а не только вымолвить это слово…
— Нет! я не позволю обыскивать мой ящик, — возразила я резким и громким, точно не своим голосом.
— Что? — недобро усмехнулась хорошенькая Лер, — ты и в этом идешь против класса? Но уже тут нет никакого богохульства! Не правда ли, mesdames?
— Нет, но все-таки я обыскивать себя не позволю, — твердо проговорила я.
— Mesdam'очки, слышите ли, что она говорит? — взвизгнула Крошка, молча следившая до сих пор за мною злыми, недружелюбными глазами. — Как же нам поступить теперь?
— Да что тут много разговаривать! Просто открыть ее пюпитр, — горячилась рыженькая Запольская.
Я вспыхнула и оглянулась кругом. Ни одного сочувствующего лица, ни одного ласкового взгляда!.. И это были дети, маленькие девочки, слетевшиеся сюда еще так недавно с разных концов России, прощавшиеся со своими родителями всего каких-нибудь два месяца тому назад так же нежно, как я только что прощалась с моим ненаглядным папой! Да неужели их детские сердечки успели так зачерстветь в этот короткий срок?..