- Мальчиком! Ни в жизнь! Да что вы, ополоумели, девицы! Да разве я штаны надену! Срамота-то какая! - искренно возмущалась серьезная Дорушка.
- Ну, так Соню Кузьменко! Ей как есть к лицу пристало! - не унималась шалунья.
- Да ты рехнулась, Лихарева! - взвизгнула не своим Голосом приютская "подвижница". - Ври да не завирайся... Я в обитель поступать хочу... чин принять монашеский, а ты меня... тьфу, чур меня, чур! Типун тебе на язык, девушка! - И, крепко отплевываясь, Соня Кузьменко отошла к своей постели.
- Ха-ха-ха, - расхохоталась шалунья, - и впрямь занятно... Монашка и вдруг в одежде мужской! Ай-да мы что придумали-то! - тут веселая Оня уперла руки в боки и, дробно перебирая ногами, пошла пристукивать каблучками вдоль широкого прохода между кроватями, напевая во весь голос слова всем известной плясовой:
По улице мостовой
Шла девица за водой,
Шла девица за водой,
За холодной ключевой.
"За холодной ключевой!" - подхватил мигом сорганизовавшийся хор старшеотделенок.
За Оней поплыла костлявая Васса, потряхивая платочком над головою и делая уморительные гримасы.